В конце 2007 года Renault, к удивлению многих, выиграла право сформировать стратегический альянс с крупнейшим российским автопроизводителем АВТОВАЗ. Среди конкурентов были Fiat и General Motors, но, похоже, российскую сторону впечатлил послужной список Карлоса Гона из Renault и в особенности то, как он трансформировал бизнес японского Nissan.
Кроме того, тогда казалось, что Renault готова инвестировать в российский рынок больше, чем другие компании. И действительно, французская компания заплатила порядка 1 млрд долларов за свой пакет акций, назвав партнерство «договоренностью, от которой выигрывают обе стороны». Renault и многие аналитики были уверены, что компания сорвала значительный куш, ведь сделка позволила ей обосноваться на одном из самых быстрорастущих рынков в мире - в то время Россия даже обошла Германию.
Через два года грезы Renault обернулись кошмаром (по подсчетам аналитиков, чистые убытки Renault в 2008 году от владения доли в АВТОВАЗе составили 33 миллиона евро, а потери от негативной деловой репутации - около 84 миллионов евро). Российский рынок рухнул, акции АВТОВАЗа упали на 55% в этом году, а общие убытки компании составят в 2009 году, по прогнозам, около 800 млн евро. Финансовый директор АВТОВАЗа предупредил, что компания будет вынуждена пойти на процедуру банкротства, если не будет оказана помощь по реструктуризации долга, который превышает 60 млрд рублей.
Российская сторона давит на Renault (читайте: Путин заставит Renault-Nissan помочь АВТОВАЗу), надеясь привлечь партнера-миноритария к спасению АВТОВАЗа, однако едва ли французы намерены снова вкладывать деньги в это предприятие. Хотя Гон заявил на этой неделе, что готов поддержать АВТОВАЗ, речь идет об оказании технологической и управленческой помощи. О дополнительном финансировании ничего сказано не было.
Большая часть долга принадлежит государственным банкам Сбербанк и ВТБ, которые в свою очередь пока не готовы оказать АВТОВАЗу помощь, очевидно, полагая, что Renault сделает это за них. Тем временем Сбербанк и, как можно предположить, стоящие за ним его «политические хозяева» сейчас концентрируются на совместном с канадской Magna приобретении контрольного пакета акций Opel (Москва надеется получить технологии в свое распоряжение).
Если пару лет назад Renault могло казаться, что она стала «любимым» иностранным автопроизводителем Кремля, то теперь почва уходит у нее из-под ног. Ей, как и многим другим иностранным инвесторам, приходится на своем опыте узнавать, сколь непросто вести бизнес в России.
